Путь к вере. У воскресных школ есть много за — и только одно против

Я пришла к православной вере достаточно поздно. Моя юность прошла в метаниях от научного атеизма к эзотерике, от славянского язычества к модным интерпретациям буддизма и индуизма… А когда я наконец устала метаться и ощутила «зов корней», на свет уже появились двое из троих моих детей.

Однажды мой старший сын, которому на тот момент было восемь лет, заинтересовался, что это за церковь, в которую я иногда хожу. Я, как могла, объяснила.

Дети в этом возрасте тянутся к «волшебству» в хорошем смысле этого слова, поэтому сын попросил купить ему такой же крестик, как у меня. Я ответила, что все не так просто: нужно пройти особый обряд, и, если он желает, я могу это организовать. В итоге сын, можно сказать, пошел на крещение сознательно, а дочка, которой тогда было два года, — «за компанию».

Я не ставила перед собой задачу приобщить детей к религии, ведь и сама стала не то чтобы прихожанкой, а, как это называют, «захожанкой». Поход на службу раз в пару месяцев, исповедь раз в полгода-год… Это молодежь и пенсионеры склонны кучковаться и философствовать, а работающей матери семейства достаточно время от времени пользоваться церковью как «духовным МФЦ». Для меня это место, где можно оформить свои диалоги с Богом через мощный официальный аппарат с огромным опытом и богатой историей.

С другой стороны, мне не хотелось, чтобы дети оказались в той же ситуации, что когда-то и я. Мой собственный детский духовный опыт ограничился крещением, «потому что это стало модно». А знания о религии я безуспешно пыталась почерпнуть из тоненького Евангелия, повествующего о том, как Авраам родил Исаака, а Исаак — Иакова, и из оговорок бабушки в духе «Бог накажет». Бабушка и сама родилась через год после Октябрьской революции, так что представления о христианстве имела весьма приблизительные.

Может быть, если бы в детстве мне попался грамотный духовный наставник, мой юношеский путь был бы менее извилистым и травматичным? Поэтому я обрадовалась, узнав, что неподалеку от дачного поселка, где мы проводили лето, есть храм с воскресной школой. Сын тоже обрадовался, тем более что окрестности дачи не изобиловали другими местами для детского досуга.

Такие разные, но все — воскресные

Занятия в школе были выстроены вокруг воскресных служб. Дети отстаивали службу — целиком или только ее финальную часть, — группой подходили к исповеди в упрощенном порядке, а затем вне очереди причащались. После этого они шли в избу рядом с храмом, где их уже ждала матушка Мария — очень пожилая худенькая монахиня с лучистой улыбкой. В сущности, вся «учеба» заключалась в чаепитии. Библию никто не читал, значение обрядов не объясняли.

Порой матушка Мария предлагала воспитанникам сделать какие-нибудь поделки, но даже они не всегда были связаны с религией. Это мог быть портрет Богородицы, а могла быть аппликация с цветами.

Сыну нравилась система, в которой он каждую неделю определял, какие его поступки были не самыми лучшими, а затем проходил через процедуру очищения. Общение со сверстниками тоже вносило свой вклад.

Но лето кончилось, я приняла в подарок от матушки Марии Евангелие с дарственной надписью и увезла детей в город. Вскоре после начала учебного года сын признался, что скучает по воскресной школе. Я стала искать аналогичное учреждение в городе и узнала, что детей принимают в стенах древнего монастыря в двух автобусных остановках от нашего дома. Вскоре сын был зачислен туда… Но там система оказалась совсем иной.

Монастырская школа не была привязана к службам: занятия проходили в другое время. Зато там действительно всерьез изучали Библию. Нас попросили купить рабочую тетрадь с заданиями на знание евангельских событий и основ этики. Творческая часть в этой школе тоже присутствовала, но это были отдельные занятия, на которые при желании можно было остаться после основного урока.

Впрочем, эта система ребенку тоже пришлась по вкусу. Летом в монастырской школе начались каникулы, а на дачу мы уже не ездили. Первого сентября я спросила сына, хочет ли он ходить в монастырь и в этом году, и он ответил: «Да». Четырнадцатого сентября, в день церковного новолетия, там начнется новый учебный год.

Для меня монастырская школа стала тем самым связующим звеном с РПЦ, которого мне не хватало как взрослой прихожанке. Именно через школу я выясняла, где лучше покрестить третьего ребенка, кому отдать оставшуюся после смерти соседки христианскую литературу и так далее. Вместе с другими родителями я также прихожу в школу на праздники и субботники. Не исключаю, что со временем, когда дети подрастут, я включусь в приходскую жизнь более активно.

Из своего опыта я поняла, что воскресные школы невероятно разнообразны. В сущности, все зависит от личностей настоятеля храма и его помощников. Ведь священники — очень разные люди. В РПЦ мирно сосуществуют и популяризаторы-блогеры, и строгие традиционалисты, не рекомендующие даже смотреть телевизор. Есть там и формалисты, относящиеся к службам как к обычной работе, и люди, увлеченные академическим богословием, которые читают и издают многотомные труды на эту тему.

Соответственно, воскресная школа может быть чем угодно: творческим кружком по интересам, семейным клубом, военно-патриотической организацией или просто местом, где проводят несколько расширенные уроки ОПК. Настоятель может уделять школе много внимания, а может следить за ее делами вполглаза. Вопрос «Стоит ли отдавать ребенка в воскресную школу?» не имеет смысла, если не уточнять, о какой именно школе идет речь.

Важные нюансы

Но откуда такая свобода? Неужели нет единых стандартов? Определенные документы на эту тему у РПЦ есть, но они носят рекомендательный характер. А государственные органы никак не контролируют воскресные школы, потому что церковь у нас официально отделена от государства. В законе «О свободе совести и о религиозных объединениях» прямо говорится: «Обучение религии и религиозное воспитание не являются образовательной деятельностью». Соответственно, Рособрнадзор не может прийти в воскресную школу с проверкой.

Кроме того, воскресные школы — сугубо некоммерческие организации. Все занятия в них бесплатны. Поэтому государство не может рассматривать их и как бизнес, подконтрольный Роспотребнадзору. В сущности, с юридической точки зрения ребенок приходит не в школу, а в церковь. То, каким образом с ним там взаимодействуют клир и община, — сугубо дело клира и общины. Это практически неформальный кружок по интересам.

В воскресных школах у детей не требуют никаких документов. В нашей сельской школе даже не составляли списков учеников: кто пришел, тот и молодец. В монастырской школе список есть, а у родителей спрашивают номера телефонов, чтобы добавить их в чат, но не более того. Также в школах нет экзаменов, дипломов или сертификатов. Смысл занятий — исключительно в общении, социальных связях и обсуждении важных вопросов.

Соответственно, родителю остается лишь держать руку на пульсе и быть в курсе дел. Первый важный вопрос: нравится ли ребенку в школе, дает ли она ему опору или превращается в скучную обязанность? Второй: согласен ли родитель с подходом к религии, принятым в конкретной школе? Ведь даже внутри РПЦ существует множество разных взглядов на жизнь.

Что нужно знать родителям

Ну и главное: зачем это нужно? Я считаю, что, если родитель в принципе считает себя православным, хорошая воскресная школа может принести только пользу. И вот какую…

1. Лучшее понимание истории и литературы. Средний современный человек даже не представляет, насколько огромную роль в жизни наших предков играла религия. Почему Анна Каренина так остро отнеслась к прелюбодеянию? Как Иван Грозный соотносил свою жесткую политику с церковным покаянием? Что означал церковный раскол? Как в ранних стихах Марины Цветаевой боролись чистое религиозное чувство и бунт против формальных обрядов? Для человека, хотя бы минимально не вовлеченного в церковную жизнь, все это лишь набор слов, такой же далекий, как, например, японская самурайская культура.

2. Духовная грамотность. Хотим мы этого или нет, но в подростковом возрасте или чуть раньше ребенок начнет искать себя и задумываться о смысле жизни. Если для него это будет совершенно новая тема, он легко может попасться на крючок тоталитарных, коммерческих или просто глупых сект. Ребенок, знакомый с церковной жизнью, воспринимает ее здраво: он знает, что там встречаются разные люди, что есть более и менее важные правила, приятные и неприятные лично ему моменты. Неопытный человек религию либо идеализирует («она должна решить все мои проблемы и не иметь ни единого недостатка»), либо демонизирует («это все ложь, ничего там не решается»). А чаще сначала происходит первое, а потом второе. В этом смысле воскресную школу, как бы странно это ни звучало, можно сравнить с сексуальным просвещением. Духовность и секс — сферы жизни, к которым ребенка нужно понемногу готовить еще до пубертатной бури.

3. Опора и ориентир. Прошли времена лихих девяностых, когда возрождающуюся церковь нередко обвиняли в агрессивном отношении к пастве и ломке личностей. Выросло поколение батюшек, изучивших основы современной психологии и взявших из нее лучшее. Большинство клириков и активистов сегодня помнят, что Бог есть в первую очередь любовь. Поэтому в воскресной школе ребенок знакомится с людьми, готовыми спокойно и доброжелательно обсудить все его проблемы, но при этом не ставить его в центр мира и не потакать всем его слабостям. Человеку на этапе взросления важно иметь таких людей не только в семье, но и за ее пределами.

4. Творческое и культурное развитие. Воскресные школы часто превращаются в полноценные кружки рукоделия, шахмат, рисования, чтения или театра. И все это бесплатно. Кроме того, школы могут организовывать походы в музеи и театры, встречи с выдающимися личностями. Некоторые школы при кафедральных соборах и крупных монастырях имеют солидную историю и превратились в настоящие культурные центры. Так, на базе школы при храме Святителя Николая в Кузнецкой слободе в Москве вырос Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет.

Для одного ребенка посещение воскресной школы может стать лишь одним из этапов детства, который в любом случае принесет определенные знания и эмоции. А кто-то на всю жизнь останется глубоко воцерковленным человеком. Не исключено также, что с возрастом ребенок отойдет от церкви и окунется в светскую жизнь, но со временем ощутит потребность в религии — и тогда ему уже не придется с нуля выяснять, что такое исповедь и как вести себя на службе.

Фактически единственный стопроцентный довод против воскресной школы — насилие. Если ребенка водят на службы из-под палки и заставляют посещать занятия против его воли, это точно не принесет ему ничего хорошего. Но, опять же, большинство современных священников и сами не одобряют такого подхода: они постараются образумить слишком рьяных родителей. Конечно, проблема насилия касается не только воскресных школ, но и любых других детских занятий, будь то балет или IT-курсы. Если родители считают нормой систематически принуждать ребенка к тому, что ему категорически не нравится, значит, им нужно решать собственные психологические проблемы.

Колумнист ДАН Анна Вольная

Подпишитесь на Донецкое агентство новостей в MAX