Красноармейцы у подбитого немецкого танка, 1943 год. Фото с сайта Waralbum.ru

К середине лета 1943 года стало понятно, что последняя, отчаянная, попытка немцев переломить ход войны на Восточном фронте провалилась — наступление вермахта на Курской дуге выдохлось, принеся очень скромные результаты. Советские армии, не позволив врагу продавить свою оборону, перехватили инициативу и сами перешли к наступательным действиям. В июле–августе были проведены Изюм-Барвенковская, Орловская, Белгородско-Харьковская и Донбасская операции, закончившиеся полным триумфом РККА и отодвинувшие линию фронта на сотни километров к западу. Впрочем, гитлеровцы еще оставались опасным противником, и не везде наступление советских войск шло четко по плану — самые ожесточенные бои на этом этапе войны развернулись на реке Миус и в районе Саур-Могилы, где третий рейх задействовал свои лучшие на тот момент войсковые соединения.

Еще начиная с конца 1941 года немцы, захватив Донбасс и Приазовье, начали строить на правом — западном — берегу Миуса глубокоэшелонированный оборонительный рубеж, первые попытки прорвать который Красная армия предприняла весной 1942 года и в феврале 1943-го. Общая глубина укрепленной линии нацистов местами доходила до 40-50 километров — она включила сотни дотов и дзотов, десятки километров траншей, противотанковых рвов и проволочных заграждений. Курган Саур-Могила, как господствующая высота, также входил в систему обороны.

Волки с выбитыми зубами. Как битва за Сталинград изменила мир

Оборонялась здесь летом 1943 года 6-я армия вермахта (группа армий «Юг»), созданная взамен той, что была уничтожена под Сталинградом. Немецким солдатам была поставлена задача во что бы то ни стало удерживать занимаемые позиции. И хотя со стратегической точки зрения после успеха Красной армии под Курском весь южный фланг немецкой обороны оказывался под угрозой окружения, Адольф Гитлер и слушать не желал об оставлении Донбасса. Как отмечал позже в своих мемуарах командующий группой армий «Юг» Эрих фон Манштейн:

«Гитлер настаивал на удержании сначала Донбасса, а потом Днепровской дуги. Тем самым группа „Юг“ с ее правым флангом сначала на Миусе и Донце, потом — на излучине Днепра была, так сказать, прикована к такому району, удержание которого с оперативной точки зрения было ошибкой».

6-й немецкой армии на Миусе противостояли силы советского Южного фронта, который лишь недавно возглавил Федор Толбухин — будущий освободитель от нацистов Румынии, Болгарии, Венгрии, Югославии и Австрии. Начальник штаба фронта генерал Сергей Бирюзов так описывал укрепления, которые предстояло штурмовать советским бойцам:

«Оборонительный рубеж оборудовался немцами больше года. Они считали его неприступным. Берега реки Миус — почти на всем протяжении обрывистые — представляли собой грозное противотанковое препятствие. Подступы к ним были заминированы. По всему переднему краю здесь тянулась сплошная линия траншей с вынесенными вперед ячейками для стрелков и пулеметными площадками. В ряде мест за первой траншеей, на удалении 200-400 метров, была отрыта вторая, а кое-где имелись и третьи траншеи. Как по переднему краю, так и в глубине обороны было построено много дзотов и дотов с железобетонными колпаками. Подступы к главной полосе обороны прикрывались проволочными заграждениями в два-три, местами даже в десять рядов, а также противопехотными и противотанковыми минными полями. Глубина минных полей доходила до 200 метров, а плотность — до 1800, мин на километр фронта».

Разбитые немецкие танки, 1943 год. Фото: Waralbum.ru/Виктор Темин

17 июля 1943 года после мощной артиллерийской подготовки войска Южного фронта перешли в наступление, но только в полосе 28-й и 5-й ударной армий им удалось занять по правому берегу Миуса — в районе сел Дмитровка, Степановка и Мариновка — плацдарм шириной около 20 километров и глубиной 15 километров. Севернее и южнее вспомогательные удары РККА не достигли своих целей, и немцы сосредоточили все силы на ликвидации советского плацдарма, которым своим острием на западе упирался в Саур-Могилу. Напряжение боев было запредельным, немцы сражались отчаянно и советское командование, чтобы развить успех бросило в бой силы 2-й гвардейской армии.

Стороны непрерывно контратаковали друг друга; позиции, отдельные высоты и траншеи неоднократно переходили из рук в руки. Участник сражения на Миусе, сотрудник дивизионной газеты 96-й гвардейской стрелковой дивизии (5-я ударная армия) Григорий Померанц вспоминал о тех днях:

«Когда немцы подтянули к прорыву всю свою авиацию и создали превосходную систему минометного огня, вся 2-я гвардейская армия, брошенная на развитие успеха, ничего не могла поделать. Чем больше пехоты подымалось под шквальным минометным огнем и бомбежкой, тем больше ее гибло… Потери были страшные».

Тем временем нацисты тоже начали перебрасывать к линии прорыва подкрепления, причем в основном танковые и моторизованные части. Первые их контратаки — силами 16-й и 23-й танковых дивизий — закончились провалом: красноармейцы уничтожили 48 из 90 машин противника. Однако и советские потери в технике были немалые — вражеские расчеты 88-миллиметровых зенитных орудий подбили 93 советских танка.

Наконец гитлеровцы решили задействовать на этом участке фронта свои элитные части из состава переброшенного из-под Курска 2-го танкового корпуса СС — дивизии «Мертвая голова», «Рейх» и 3-я танковую. Одновременно к месту сражения прибыли дополнительные силы вражеской авиации, так что на некоторое время люфтваффе захватили господство в воздухе.

30 июля нацисты начали атаку в районе Саур-Могилы и Степановки с участием трех с половиной сотен танков и штурмовых орудий. Только за первые два часа сражения советские бойцы подбили 48 вражеских машин, а к концу дня, когда гитлеровцы выдохлись, в некоторых танковых ротах у них не хватало уже двух третей личного состава. На следующий день немцы снова попытались наступать и опять понесли чудовищные потери — в дивизии «Мертвая голова» осталось всего два десятка танков. Многими ротами теперь командовали молодые лейтенанты и даже унтер-офицеры, поскольку все более старшие по названию были или убиты, или ранены.

Мемориал на кургане Саур-Могила. Фото: Донецкое агентство новостей

Урон, нанесенный противнику защитниками плацдарма, был настолько велик, что даже видавший виды Манштейн, за плечами которого был штурм Севастополя, решил прекратить атаки. Лишь в последний момент эсэсовские офицеры убедили его продолжить натиск.

Постепенно противнику удалось прорвать позиции красноармейцев и даже окружить южнее Саур-Могилы несколько стрелковых полков. Впоследствии только одному из них удалось пробиться к своим — остальные почти в полном составе погибли на своих позициях.

В первые дни августа напряжение боев не ослабевало. Бирюзов пишет:

«Солнце пекло, земля чадила, и над полем боя все время стоял гул танковых и авиационных моторов. Ценой огромных жертв немцам опять удалось остановить наступление наших войск на Миусе. Видя бесплодность дальнейших попыток прорвать миусские позиции врага теми силами, какие имелись в нашем распоряжении, командование фронта решилось на отвод войск в исходное положение — на рубеж, откуда семнадцать дней назад мы начинали наступление».

Действительно, и третья попытка прорвать злосчастный «Миус-фронт» и закрепиться на правом берегу реки закончилась неудачей. Тем менее, в стратегическом плане Красная армия выиграла — враг не только не смог перебросить с южного участка фронта подкрепления в район Курска и Белгорода, но и напротив — вынужден был задействовать в степях Донбасса те силы, которые ему были жизненно необходимы, чтобы сдержать наступление Красной армии. Британский военный историк Тим Рипли в своей книге «История войск СС 1925-1945», говоря о сражении на Миусе в конце июля — начале августа 1943-го, отмечает:

«За три дня боев на реке Миус элитный танковый корпус Адольфа Гитлера понес больше потерь, чем за две недели танковых сражений в районе Курска. Брошенные в кровавую лобовую атаку эсэсовцы дивизий „Мертвая голова“ и „Рейх“ потеряли тысячи человек. В конце концов дивизии Ваффен СС оттеснили русских с плацдарма на реке Миус, но „личная армия“ фюрера лишилась незаменимых людей и оборудования, причем в критический момент, когда судьба Восточного фронта буквально висела на волоске».

На очереди была четвертая попытка РККА, и вот уже она окажется успешной.

***

Сегодня на кургане Саур-Могила расположен мемориальный комплекс, это один из главных в Донбассе монументов событиям Великой Отечественной войны. Мемориал был сильно поврежден в 2014 году, когда здесь развернулись бои между ополчением Донецкой Народной Республики и украинскими войсками. В 2022 году при поддержке Президента Владимира Путина началось восстановление мемориального комплекса, сейчас большая часть работ уже завершена.

В соседней Луганской Народной Республике важный мемориальный комплекс — музей под открытым небом «Миус-фронт» расположен на реке Миус неподалеку от города Красный Луч. В этом году началось масштабное восстановление этого мемориала — он будет существенно обновлен с сохранением его исторического облика.

Александр Медников