Лев Шестаков — не самый известный советский ас времен Великой Отечественной войны. Его нет в десятке лидеров по числу сбитых вражеских самолетов, и широкая публика знает о нем куда меньше, чем о Покрышкине или Кожедубе. Однако те, кто воевал рядом с ним, ставят его в один ряд с лучшими. В качестве командира Шестаков сформировал два истребительных полка, которые стали элитой советской авиации, а его воспитанники получили дюжину звезд Героя СССР. Уроженец Донбасса, он прошел путь от обычного слесаря-железнодорожника до полковника и командира гвардейской части. Вопрос о том, кем был сбит Шестаков — знаменитым немецким асом Гансом-Ульрихом Руделем или кем-то другим, — остается открытым.
Лев Львович Шестаков родился 28 декабря 1915 года в поселке Авдеевка Бахмутского уезда Екатеринославской губернии — сегодня это город в ДНР. Отец работал на железной дороге, и Лев пошел по его стопам: окончил шесть классов, затем фабрично-заводское училище, работал слесарем-инструментальщиком в железнодорожном депо станции Авдеевка.
Но небо притягивало его сильнее. Шестаков поступил в Днепропетровский институт инженеров железнодорожного транспорта, а на втором курсе зачислился курсантом 11-й военной школы пилотов в Ворошиловграде. В 1935 году, после окончания летной школы, он получил назначение во 2-ю истребительную эскадрилью под Киевом, где освоил И-16.
Середина 1937 года стала поворотным моментом в его судьбе. Лейтенант Шестаков отправился добровольцем в Испанию, где шла гражданская война. За полгода он выполнил 150 боевых вылетов на И-16, участвовал в 90 воздушных боях и лично сбил 8 самолетов противника, а в группе — еще 31. Эти данные, как и большинство цифр о советских асах в Испании, основаны на оперативных сводках и воспоминаниях сослуживцев, однако точность их не может быть гарантирована из-за характера учета побед в той войне. Однако известно, что именно в Испании Шестаков начал формировать свой стиль боя: упор на взаимовыручку, плотный групповой строй и внезапную атаку сверху вниз.
На Пиренеях Шестаков неоднократно демонстрировал готовность выручить товарища. Однажды в бою с итальянскими «Фиатами» его напарник Платон Смоляков оказался под прицелом. Шестаков, не видя иного выхода, закрыл своим самолетом товарища от пулеметного огня. Две пули ударились в бронеспинку его кресла, а одна прошила кожаные брюки пилота. Опешивший итальянский летчик, не ожидавший такого маневра, был сбит уже совместными усилиями.
Вернувшись на родину, Шестаков командовал истребительной эскадрильей, а с 1939 года стал заместителем командира 69-го истребительного авиационного полка. Начало Великой Отечественной войны застало его на этой должности в звании майора. Но уже с первых дней боев он фактически возглавил полк, а 16 июля 1941 года был официально утвержден командиром.
Полк базировался под Одессой, а ситуация там сложилась критическая. 18 румынских дивизий наступали по всему фронту, аэродромы находились под постоянными бомбежками. Летчики взлетали на задания прямо с улиц обороняющегося города.
Шестаков проявил себя не только как пилот, но и как новатор. Он выступил с идеей превратить легкие истребители И-16 в штурмовики: оборудовал их подвесками для 50-килограммовых бомб и направляющими для реактивных снарядов. Вскоре импровизированные штурмовые группы уже действовали над линией фронта, нанося удары по скоплениям войск противника.
22 сентября 1941 года шестаковский полк провел одну из самых успешных операций. По данным разведки, на аэродром Зельцы прибыла группа пикирующих бомбардировщиков Ju-87 («юнкерсов») из Африки. Шестаков поднял две группы истребителей, которые внезапно атаковали вражеский аэродром. По советским данным, на земле был уничтожен 21 самолет люфтваффе.
Однако Шестаков считал, что главное в бою — не количество сбитых, а сохраненные жизни подчиненных. Эту позицию он отстаивал даже перед вышестоящим командованием. Сохранился эпизод, когда командование предложило ему сформировать «молодежную» эскадрилью, собрав всех молодых летчиков в одно подразделение, чтобы «опытные прикрывали их в бою». Шестаков категорически отказался. В мемуарах летчика и Героя Советского Союза Александра Семенова есть такие слова Шестакова:
«Молодых летчиков следует равномерно распределять по всем эскадрильям. Пусть они приобретают опыт рядом со старшими товарищами. Это вернее. А создание „молодежной“ эскадрильи тем и плохо, что удаляет их от опыта старших и, следовательно, тормозит ввод молодежи в строй».
Как пишет Семенов, несколько дней советское командование занималось этим вопросом, и наконец убедилось, что Шестаков полностью прав. В итоге его рекомендации были разосланы в войска как указания Главного штаба ВВС.
Сам командир полка между тем продолжал настаивать на повышении уровня подготовки пилотов:
«Вспомните Испанию. Туда мы явились, имея за плечами по двести — триста часов налета, по сорок — шестьдесят стрельб, по шестьдесят — восемьдесят учебных воздушных боев. А сейчас у нашего пополнения все эти показатели сокращены в десять и более раз. Я, конечно, понимаю — не та обстановка. Но крайностей надо избегать и теперь. А то вот прислали ко мне двух летчиков только взлетать да садиться умеют. Как же я пошлю их воевать?»
10 февраля 1942 года Шестакову было присвоено звание Героя Советского Союза. К тому моменту он имел на счету 3 лично сбитых самолета и 8 в группе. Но главным его достижением стал не личный счет, а успехи полка: за время обороны Одессы люди Шестакова произвели 6608 боевых вылетов и сбили 94 вражеских самолета.
В июне 1942 года полк Шестакова, получивший новое наименование — 9-й гвардейский ИАП, — был переброшен на Сталинградское направление. Полк получил новые истребители ЛаГГ-3, но в первом же бою враг сбил сразу шесть машин. Пилоты были разочарованы: тяжеловатые «лагги» уступали «мессершмиттам» в маневренности на малых высотах.
Шестакову пришлось срочно разрабатывать новую тактику. Он отказался от оборонительного «круга», который использовали соседние части. По словам дважды Героя Советского Союза, аса Владимира Лавриненкова:
«Это была совершенно непризнаваемая Шестаковым оборонительная тактика. Он всегда и всюду только наступал, навязывал врагу свою волю. А тут — жалкий круг, оборона…».
Вместо этого командир полка сделал ставку на наступательный бой с рассредоточением истребителей по высоте, чтобы постоянно иметь возможность атаковать врага сверху.
В сентябре 1942 года полк снова перевооружили — на этот раз пилоты получили более легкие истребители Як-1. А затем — по инициативе командующего 8-й воздушной армии Тимофея Хрюкина — часть пополнили опытнейшими летчиками-истребителями, имевшими на счету не менее пяти побед каждый. Среди прибывших был и Лавриненков, и Иван Сержантов, а также знаменитые летчицы — Екатерина Буданова и Лидия Литвяк. Полк получил особое задание — его задачей стало завоевание превосходства в воздухе над Сталинградом.
Фото: Общественное достояние
Этот «спецполк» под командованием Шестакова сбил около сотни вражеских самолетов и стал одним из самых результативных подразделений Сталинградской битвы, во время которой немцы старались наладить воздушный мост к окруженной на берегах Волги 6-й армии Фридриха Паулюса. Сам командир почти ежедневно вылетал на задания, увеличив личный счет до 11 побед. 10 января 1943 года Шестаков вступил в бой с тремя «мессершмиттами», сбил один, но сам был подбит и ранен. В официальной характеристике тех дней говорится:
«Шестаков в воздушных боях старается навязать врагу свою инициативу, проявляя при этом мужество и храбрость, личным примером прививая эти качества своим подчиненным. На Сталинградском фронте умело организует боевую работу полка, что дает высокую эффективность борьбы с противником. Каждый воздушный бой товарищ Шестаков подвергает тщательному анализу, благодаря чему летчики постоянно совершенствуют свою выучку. В полку тщательно изучается накапливаемый боевой опыт, из которого извлекаются тактические выводы».
Летом 1943 года Шестаков уже в звании гвардии полковника был назначен заместителем командира авиадивизии, но штабная работа его не привлекала. По просьбе командующего ВВС маршала Новикова он согласился сформировать новый полк — 19-й истребительный авиаполк специального назначения, предназначенный для ведения «свободной охоты». Шестаков лично проверял каждого пилота, отбирая лучших из лучших.
13 марта 1944 года в небе над селом Давыдковцы Хмельницкой области Шестаков провел свой последний бой. По советской официальной версии, он сбил один Ju-87, а затем атаковал второй. «Юнкерс» взорвался, и самолет Шестакова был разрушен воздушной волной. Полковник покинул самолет, но его парашют не успел раскрыться. Тело Шестакова нашли только в мае, когда растаял снег.
Однако существует и другая версия гибели советского аса — из немецких мемуаров. Самый результативный пилот Ju-87 Ганс-Ульрих Рудель, уничтоживший за время войны более 2000 единиц советской и союзнической техники, в своих воспоминаниях описал схватку с советским истребителем, который преследовал его на бреющем полете в районе Днестра. Рудель утверждал, что советский ас либо был сбит его стрелком, либо разбился из-за перегрузок. Немецкий пилот писал:
«Из русских радиосообщений мы обнаружили, что это был очень известный советский пилот-истребитель, неоднократно представлявшийся к званию Героя Советского Союза. Я должен отдать ему должное — он был хорошим пилотом».
Историки спорят о достоверности версии Руделя. Одни считают, что эпизод, описанный летчиком люфтваффе в книге своих воспоминаний, скорее всего, плод фантазии автора. Другие не исключают, что встреча действительно произошла, но обстоятельства гибели Шестакова не были такими, как их описал немецкий ас.
В специальном приказе ВВС Красной армии указывалось, что к январю 1944 года Шестаков совершил более 200 боевых вылетов, участвовал в 82 воздушных боях, сбил 15 самолетов лично и 11 в группе. Однако главное наследие уроженца Авдеевки — это люди, которых он воспитал. В полку, которым он командовал, был награжден 181 человек, включая двенадцать Героев Советского Союза. Два сформированных им полка — 9-й гвардейский и 19-й истребительный — вошли в число лучших подразделений советской авиации.
Лев Шестаков похоронен в братской могиле у Вечного огня в городе Хмельницком. Его именем названа улица в родной Авдеевке. На месте гибели героя установлен обелиск.
Александр Медников