Чтобы поставить целый вид на грань исчезновения, необязательно охотиться на него. Иногда достаточно лечить домашний скот привычным препаратом, забросить рыболовную сеть или случайно завезти на остров нового хищника. Мировая практика знает немало случаев, когда последствия человеческой деятельности оказывались катастрофическими для животных.
В Южной Азии причиной массовой гибели грифов стал ветеринарный диклофенак. Птицы ели туши скота, который лечили этим препаратом, и погибали от почечной недостаточности. Численность бенгальского грифа сократилась примерно на 99,9%. Когда связь установили, Индия, Непал и Пакистан начали запрещать ветеринарное применение лекарства. Однако устранить последствия оказалось гораздо сложнее, чем принять запрет.
В Калифорнийском заливе рыболовные сети поставили на грань исчезновения вакиту — небольшую морскую свинью, которая больше нигде не встречается. Животные запутываются в сетях и тонут. При этом сами вакиты рыбакам не нужны: они становятся случайными жертвами промысла, в том числе незаконного лова рыбы тотоабы.
На тихоокеанском острове Гуам катастрофу вызвала случайно завезенная коричневая бойга. Распространение змеи привело к исчезновению с острова десяти из двенадцати видов лесных птиц. Для одних это означало потерю местной популяции, для других — угрозу существованию всего вида.
История странствующего голубя показывает, что даже огромная численность не гарантирует выживания. Эти североамериканские птицы когда-то исчислялись миллиардами, но массовая коммерческая охота и вырубка лесов уничтожили вид. Последняя известная особь, самка Марта, умерла в зоопарке Цинциннати 1 сентября 1914 года.
Похожая участь едва не постигла американских бизонов. Их численность сократилась с оценочных 30–60 млн до менее тысячи к 1890-м годам. Массовый отстрел поддерживали рынок шкур, развитие железных дорог и оружия. Уничтожение бизонов также использовали для давления на коренные народы, зависевшие от этих животных. Вид удалось сохранить благодаря уцелевшим стадам и программам разведения.
А сумчатому волку — тилацину — спасения не нашлось. Власти Тасмании платили за его уничтожение: один фунт за взрослое животное и десять шиллингов за детеныша. Преследование и изменение среды обитания привели к исчезновению вида. Последний известный тилацин умер в зоопарке Хобарта 7 сентября 1936 года — всего через два месяца после предоставления ему полной правовой охраны.
Эти истории оставляют разный финал. Бизонов удалось спасти, за грифов и вакит борьба продолжается, а странствующего голубя и тилацина можно увидеть лишь в музейных коллекциях и на старых изображениях. Охранять их уже слишком поздно.