В истории Донбасса есть имена, которые знают все. В 1930-е гремел Алексей Стаханов. В 1960–70-е такой же славой пользовался Иван Иванович Стрельченко — бригадир шахты «Трудовская», человек, чей коллектив ставил всесоюзные и мировые рекорды, а сам он прошел путь от простого проходчика до дважды Героя Социалистического Труда, депутата Верховного Совета и автора множества книг. Но главное, что отличало его от многих «рекордсменов» той эпохи, — он оставался шахтером, для которого забой был родным домом, а не трамплином для партийной карьеры.
Родился Стрельченко 25 декабря 1932 года в селе Рыбальче Голопристанского района Херсонской области. Детство Ивана пришлось на военные годы. Отец погиб на фронте при освобождении Севастополя, и мальчишкой Иван рано узнал, что такое тяжелый физический труд. После школы, в 1948 году, пошел столяром на Херсонский судостроительный завод, затем окончил профессионально-техническое училище №4. В 1951 году Ивана призвали в армию — он служил во флоте. Именно там, на кораблях Черноморского флота, сформировался тот характер, который потом проявился в донецком забое: умение работать в команде, дисциплина, ответственность.
В 1955 году, демобилизовавшись, Стрельченко вместе с товарищами по флотской службе приехал в Сталино — будущий Донецк — и поступил на шахту «Трудовская». На этом предприятии он проработал более тридцати лет. Начинал проходчиком — в одной из самых тяжелых шахтерских профессий: прокладывал подземные выработки, укреплял их, готовил путь для дальнейшей добычи. Затем был горнорабочим очистного забоя, машинистом угольного комбайна. В 1957 году, в 25-летнем возрасте, возглавил горняцкую бригаду. Ему дали участок, технику и людей. Дальше все действительно зависело только от него.
Фото: Общественное достояние
Организация труда по-стрельченковски
Новый бригадир сразу же проявил себя как новатор. Стрельченко выступил инициатором социалистического соревнования за добычу из одного комплексно-механизированного забоя не менее 1000 тонн угля в сутки и за продление межремонтных сроков службы горной техники. В это время угольная отрасль как раз переходила на новые технологии: вместо отбойных молотков и врубовых машин внедряли узкозахватные комбайны, вместо деревянной крепи — металлическую. Старые методы работы с новой техникой не сочетались. Нужны были люди, которые сумеют заставить эту технику работать на полную мощность. Стрельченко стал одним из них.
В его бригаде, например, проходил испытания узкозахватный комбайн 1К-52М. Машина капризничала, ломалась, не выдавала паспортных показателей. Инженеры с завода-изготовителя приезжали, смотрели, разводили руками. А Стрельченко в процессе работы, вместе со своей бригадой, внес более 80 предложений по усовершенствованию конструкции: какое-то крепление по-другому поставить, какую-то деталь усилить, режим резки изменить — мелочи, казалось бы, но именно из них складывалась надежность. Заводчане потом эти предложения внедрили в серию.
Бригада Стрельченко работала практически в неизменном составе годами — редкость для шахты, где высокая текучка была обычным делом. Люди держались друг за друга. Стрельченко умел так организовать производственный цикл, что не было простоев. Пока одни вынимают уголь, другие готовят лаву к следующей смене, третьи ремонтируют оборудование. Все расписано по минутам. И при этом — никакой гонки любой ценой. Стрельченко всегда говорил: техника не прощает насилия. Ее надо понимать, тогда она будет работать.
Рекорды и их цена
В марте 1964 года бригада под руководством Стрельченко выдала 40 230 тонн угля за месяц — для того времени отличный показатель. Но настоящий прорыв случился в августе 1965 года — 55 191 тонна из одного забоя, всесоюзный рекорд. Горняки решили сохранить этот темп и дальше, и их почин одобрил ЦК Компартии Украины. Это был уже не просто рекорд ради рекорда, а демонстрация того, что новые комбайны способны работать на пределе возможностей, если с ними правильно обращаться.
Стрельченко стал выезжать на другие шахты — в Горловку, Красный Луч, Шахтерск — помогать осваивать новую технику, передавать опыт. Он спускался в чужие забои, показывал, как настраивать 1К-52М, как организовать цикл, чтобы не было простоев. К нему прислушивались, потому что он говорил не с позиции начальника, а с позиции того, кто сам стоит у комбайна и знает каждую его деталь.
В 1966 году Стрельченко присвоили звание Героя Социалистического Труда. В указе Президиума Верховного Совета СССР, опубликованном в центральных газетах, говорилось:
«За выдающиеся успехи в освоении новой горной техники, достижение высоких технико-экономических показателей добычи угля и умелое руководство бригадой»
Фото: Общественное достояние
В 1971 году бригада Стрельченко установила уже мировой рекорд. За 31 рабочий день, работая комбайном 2К-52, она выдала на-гора 170 230 тонн угля. Это была фантастическая цифра даже по меркам Донбасса. Чтобы понять масштаб: обычная бригада в те годы выдавала 30–40 тысяч тонн в месяц. Здесь — 170 тысяч.
К тому времени Стрельченко заочно окончил Донецкий политехнический институт, получив диплом горного инженера. И это тоже не было формальностью — преуспев в практике, наш герой действительно взялся за учебу. Он сдавал экзамены, писал диплом, потому что понимал: без инженерных знаний руководить современным забоем невозможно.
В 1976 году Стрельченко стал начальником участка шахты «Трудовская». И здесь он повторил свой успех, но уже как руководитель более высокого уровня. В 1977 году коллектив его участка добыл свыше 1 миллиона тонн угля. Это была победа не одной бригады, а целой системы организации труда, которую выстроил Стрельченко: четкое планирование, ремонт техники по графику, обучение кадров. Он создал на участке такую атмосферу, что люди работали не за страх, а за совесть. Потому что видели: начальник спускается в забой не реже их, знает каждую проблему, и если надо — сам встанет к комбайну.
Фото: Общественное достояние
В январе 1978 года последовал второй указ о присвоении звания Героя Социалистического Труда — с формулировкой:
«За проявленный трудовой героизм, достижение высоких показателей в выполнении плановых заданий и социалистических обязательств по повышению производительности труда, эффективности производства и увеличению добычи угля» .
Так Иван Стрельченко стал дважды Героем. В истории угольной промышленности СССР таких случаев единицы. Можно вспомнить, например, уроженца Донбасса Михаила Чиха и сибиряка Егора Дроздецкого.
Шахтер-депутат
Параллельно с работой на шахте Стрельченко вел активную общественную жизнь, став членом КПСС еще в 1959 году. Его избирали депутатом Верховного Совета СССР семи созывов — с 7-го по 11-й, то есть с 1966 по 1989 год. Был делегатом съездов КПСС, членом ЦК Компартии Украины, в 1976 году стал лауреатом Государственной премии СССР.
Представляя Донбасс на высоких партийных форумах, Стрельченко продолжал отстаивать интересы шахтеров, чьи интересы были ему близки не понаслышке: добивался увеличения финансирования на технику, на жилье для горняков, на социальные программы.
Дважды Герой социалистического труда оставил после себя не только рекорды и награды, но и книги. В 1976 году под названием «Зажги свою звезду» вышли его записки шахтера, изданные в Киеве издательством «Молодь». Позже появились книги «Труд — подвиг» (1981) и «Свет судьбы» — последняя вышла уже после его смерти, подготовленная вдовой Лидией Стрельченко. В ней — не только о муже, но и о целой эпохе в истории Донбасса, когда лучших шахтеров знали в лицо, а рекорды устанавливали не ради отчетов, а ради того, чтобы доказать: можно работать лучше, быстрее, безопаснее.
В Донецке на доме по улице Артема, 60, где жил Иван Иванович, установлена мемориальная доска. На родине героя в Херсонской области ему установлен бронзовый бюст. Стрельченко был почетным гражданином Донецка (звание присвоено в 1982 году) и Голой Пристани.
Фото: Общественное достояние
Что отличало Стрельченко от многих других передовиков? Он был не просто рекордсменом-ударником, но прекрасным организатором. В его бригаде испытывали новые комбайны, он лично вносил десятки рацпредложений, учил молодежь. Опыт Стрельченко изучали на предприятиях Донбасса, а его бригада неоднократно упоминалась в отраслевых изданиях как образец организации труда. Журнал «Наука и жизнь» цитировал Стрельченко в 1981 году:
«Мы, шахтеры, раньше были углекопами, но при нынешних машинах нас уже так не назовешь. Владимир Ильич Ленин считал уголь настоящим хлебом промышленности. Конечно, теперь работает и нефть, и газ, и электричество, и атом, однако без уголька покамест не обойтись. Еще Петр Первый сказал: „Сей минерал если не нам, то нашим потомкам зело полезен будет“. Он и есть и еще долго будет „зело полезен“».
И далее журналисты так описывали своего героя:
«Ивана Ивановича нужно чуть-чуть „завести“, и он прочтет такую лекцию по истории угледобычи, какую ни в одном горном вузе не услышишь: каскад сведений, примеров и сравнений у него замешан на исконном шахтерском фольклоре, на метких горняцких словечках и присказках, которые выходят на-гора, родившись на самых глубоких горизонтах. Прощаясь, Иван Иванович желает: „Ну, мягкого вам уголька и крепкой кровли!“».
В 2002 году, за год до смерти, Стрельченко отметил свое 70-летие. Поздравительные телеграммы ему прислали премьер-министр Украины и руководитель Минтопэнерго. Но для него самого, по воспоминаниям знавших его людей, важнее были другие поздравления — от бывших членов его бригады, от тех, кого он учил работать в забое. В шахтерском деле, как ни в каком другом, ценят не звания, а уважение. И Иван Иванович Стрельченко это уважение заслужил сполна.
Он ушел из жизни в 2003 году, через двенадцать лет после распада СССР. Стрельченко застал иное время — шахты закрывались, а прежние рекорды казались уже никому не нужными. Но для тех, кто помнит Донбасс угольным регионом, его имя остается символом самого «шахтерского» периода в истории нашего края.
